Армия ВизантииВ Византийской империи VII-X вв. существовало значительное число воинских контингентов, сформированных на регулярной основе. Создавались они в разное время и с различными целями. Большую часть регулярных войск составляли подразделения, постоянно принимавшие участие в военных действиях. Меньшая часть выполняла охранные функции, не покидая пределов византийской столицы.


Главное различие между регулярными войсками и фемными ополчениями состояло в способе комплектования. Постоянные контингенты византийской армии набирались на добровольной основе, а милиционные формирования провинций - на основе воинской повинности. Служба в регулярных частях предусматривала выплату рядовым воинам и командирам жалованья. Кроме того, государство обеспечивало их вооружением, доспехами, лошадьми, продовольствием и прочими необходимыми припасами. В зарубежной и русской дореволюционной историографии для обозначения способа комплектования постоянных контингентов использовался термин «вербовка».
Вербовка традиционно противопоставлялась военной повинности. Русский военный теоретик А. М. Добровольский писал: «Воинская повинность есть основанная на принадлежности к государству обязанность подданных служить в составе организованной вооруженной силы государства. <...> Воинская повинность покоится на одностороннем волепроявлении государства, налагающего эту обязанность на подданных в силу своей суверенной власти, и является противоположностью вербовке, в основе которой лежит добровольное соглашение государства с подданными». В военно-теоретической литературе войска, сформированные из подданных государства на добровольной основе или на основе воинской повинности, противопоставлялись также наемным контингентам. Отряды наемников состояли из профессиональных воинов, набиравшихся государством для несения военной службы из числа иностранцев .
В советской историографии термин «вербовка» не использовался. Cуществовало четкое противопоставление «народных ополчений» («народных армий») остальным типам вооруженных сил, основанным на найме государством подданных для военной службы. Все без исключения постоянные армии древности и Средневековья, состоявшие из профессиональных солдат и командиров, считались наемными. Главным критерием служило получение военнослужащими денежной оплаты за службу, а армия считалась частью государственного «аппарата подавления». А. П. Каждан признавал, что Византия VIII-X вв., в отличие от большинства централизованных западноевропейских государств, не соответствовала общепринятым схемам, так как императорская армия состояла из воинских подразделений, отличающихся по способу комплектования (ополчения фем, регулярные контингенты, отряды иностранных наемников). Одновременно с этим он утверждал: «Буржуазные историки не дали и не могли дать анализа социальной природы византийского войска, - более того, они не создали и работ, которые содержали бы внешнюю характеристику византийской армии».
В исследовательских работах регулярные отряды императорской армии зачастую называют «элитными», «гвардейскими», «отборными», «ударными» и пр. Необходимо отметить, что в византийских источниках эти эпитеты не встречаются, но часть из них отражают реалии средневизантийской эпохи. По сравнению со стратиотами фемных ополчений, воины регулярных контингентов были лучше подготовлены, вооружены, они своевременно получали жалованье, имели большие возможности сделать карьеру. На воинские упражнения, как индивидуальные, так и в составе подразделений, обучение различным тактическим приемам также отводилось значительное время. В связи с этим регулярные части действительно следует считать наиболее боеспособными («элитными»), а их солдат и командиров - отборной привилегированной частью императорской армии.

 

Византийцы

1. Фракийский кавалерист-клибанарий, конец VI века
Несколько дошедших до нас изображений воинов в полном облачении из армии императора Юстиниана выполнены не в традиционном стиле, в отличие от рисунков предыдущего столетия. В описаниях летописей появляется больше фактов. На голове у воина итало-германский шлем, состоящий из нескольких частей. Его пластинчатые доспехи, очевидно, испытали на себе сильное влияние турецкого центральноазиатского стиля так же, как и лук со стрелами. Длинный меч, висящий на бедре воина, типичный для персов и конных воинов степных народов, вероятно, впоследствии был заимствован римско-византийскими кавалеристами. Словесное описание византийских конных доспехов в летописях свидетельствует о том, что они были заимствованы у турок и персов.
2. Гвардейский пехотинец середины VI века
Детальное изображение личной охраны императора Юстиниана можно видеть на мозаике Сан-Витале в Равенне. Воины изображены без доспехов; вооружены они щитами и копьями. Здесь воин облачен в кольчугу. На голове у него шлем позднеримского периода, состоящий из нескольких сегментов, с шапочкой из ткани или накидкой. В руках у гвардейца щит с украшениями, скопированный с мозаики Сан-Витале. Крученые металлические ожерелья еще не вышли из употребления. Их можно видеть на египетских изображениях святых воинов много веков спустя после мусульманского завоевания.
3. Воин нерегулярной армии из феодосийского полка «Ньюмери», VI век.
Легкие пехотинцы составляли основную часть византийской армии VI века. Доспехи, подобные тем, что носит этот воин, часто можно видеть на изображениях византийских художников, начиная с VI века. Их точная конструкция неизвестна, но считается, что это мягкие доспехи, изготовленные из многослойного войлока. Пехотинец вооружен мечом, заимствованным византийцами у гуннов.

 


Использование термина «гвардия» (guardia, «охрана, стража») также вполне уместно, но не по отношению к боевым частям. В Византии VIII-X вв. существовали отряды дворцовой стражи и телохранителей императора, которые, помимо основных функций, играли важную роль в придворном церемониале. Они принимали участие в торжественных шествиях, богослужениях, императорских выходах, триумфах. В этих подразделениях служили не только подданные империи, но и иностранные наемники (арабы, хазары, персы, турки, варяги, русские, норманны).
В византийских источниках отряды регулярных войск называются тауца, хотя этот термин встречается в исторических сочинениях с V-IV вв. до н. э. в значении военного отряда неопределенной (любой) численности. В текстах II-V вв. слово тауца являлось греческим аналогом латинских cohors, ordo, manipula, ala, schola, т. е. обозначало часть легиона (когорта, «линия», манипула) или отдельное кавалерийское подразделение. В «Стратегиконе» Маврикия тагма упоминается как подразделение из 300-400 человек под командованием комита. Судя по текстам военных трактатов, к началу XI в. термином тауца могли обозначаться любые боевые подразделения численностью от 500 до 4 тыс. человек.
В военно-административном лексиконе средневизантийского времени, напротив, существовало четкое разделение значений терминов тауца и 0еца. Фема обозначала территориальную единицу, а тауца - отряд регулярных войск, не связанный с какой-либо территорией на постоянной основе.
В источниках V в. упоминаются кавалерийские схолы - боевые подразделения численностью 400-500 человек. В восточной части Римской империи размещалось семь таких отрядов, в западной - пять. Они отличались высокой боеспособностью и постоянно принимали участие в военных кампаниях.
Первоначально каждая кавалерийская схола имела собственное название, но с VI в. они были пронумерованы. В «Хронографии» Феофана упоминается, что в феврале 562 г. Юстиниан I распорядился переместить семь отрядов схолариев из Никомедии, Киоса, Прусы, Кизика, Котиея и Дорилея на территорию Фракии, в Ираклию и соседние города. На основании этого фрагмента из сочинения Феофана в исследовательской литературе утвердилось мнение, что и в более позднее время, вплоть до X-XI вв., перечисленные города оставались местами размещения «элитных» подразделений византийской армии. Следует отметить, что «номерные» схолы упоминаются не только в исторических хрониках. Опубликована печать Фотина, схолария второй схолы, которая датируется второй половиной VI - VII в.
Помимо кавалерийских схол (боевых частей) в IV-VI вв. в Византии существовали также отряды дворцовой стражи, которые обозначались общим термином scholae palatinae. В историографии второй половины XIX - начала XX в. господствовала теория, согласно которой эти регулярные контингенты являлись основным военным институтом, готовившим командиров для службы в мобильных войсках (comitatenses).
С VI в. необременительная, лишенная военных опасностей, служба в придворных «элитных» отрядах стала привлекать состоятельных жителей Константинополя. Они покупали себе место в списках scholae palatinae, так как это приближало их к императорской особе, повышало социальный статус, позволяло обзавестись влиятельными знакомыми или покровителями. Высший командный состав византийской армии также был тесно связан с придворными схолами. Cursus honorum некоторых императоров и известных военачальников включал посты в руководстве «элитными» подразделениями. Например, будущий император Зенон (474-475, 476-491) служил в должности comes domesticorum, а Юстин I (518-527) - comes excubitorum. В некоторых аристократических семьях существовала традиция записывать несовершеннолетних сыновей в схолы. Подобная практика подтверждается не только письменными источниками, но и данными сфрагистики. Приведем в качестве примера печати Каллиника, иллюстрия и схолария, которые датируются 550-650 гг.
Прокопий Кесарийский подробно описывал ситуацию, сложившуюся в «элитных» войсках в последние годы правления Юстиниана I. По его словам, первоначально было 3 500 схолариев, назначенных для охраны дворца. Служба в схолах считалась «великой честью», императоры лично отбирали для нее из полевой армии самых доблестных воинов. Однако в правление Зенона в дворцовую стражу стали принимать всякого, кто пожелал купить доступ к этой службе. В итоге число схолариев увеличилось на 2 тыс. человек, их называли зачисленными «сверх списка». Эти схоларии уже ничего не смыслили в военных делах, как и солдаты других подразделений «дворцового войска» - доместики и протикторы. Сведения Прокопия Кесарийского о деградации scholae palatinae подтверждаются в сочинении Агафия Миринейского, который констатирует, что во время набега гуннов на Константинополь в 559 г. «солдаты из тагм... которых называют схолариями» показали полную
несостоятельность.
Следует отметить, что отношение авторов VI-VII вв. к императорским телохранителям являлось в целом негативным. Примечательно, что солдаты императорской «гвардии», напротив, осознавали свою элитарность и высокий социальный статус. Подтверждением этому являются памятники сфрагистики. В полевой армии печатей не было не только у рядовых солдат, но и у большинства младших командиров. В scholae palatinae наблюдается противоположная ситуация - известно большое количество моливдовулов схолариев и экскувитов. Как правило, эти буллы столичной работы отличались высоким качеством. Например, на лицевой стороне печати схолария Задона помещено изображение орла. Поднятые крылья смыкались, образуя окружность, внутри которой находилась монограмма надписи.   
Несмотря на фактическую утрату боеспособности, excubitores и scholae весьма активно участвовали в политической жизни Византии. Российский историк права В. М. Грибовский сравнивал отряды императорских телохранителей VI-VII вв. с преторианцами эпохи Принципата . Он считал, что «за дворцовой гвардией протянули руку к короне компактные провинциальные легионы, и тирания солдат наполнила ужасом всю империю». Отметим, что данное мнение является ошибочным, не подтверждается источниками и явно преувеличивает возможности отрядов дворцовой стражи. Предпочтительнее выглядит точка зрения У. Кэги: «Гвардия находилась в состоянии долговременных бездеятельных волнений и смут. она была вечно недовольна». Периодически скрытое недовольство перерастало в бунты. Например, 14 мая 615 г., в праздник Св. Троицы, схоларии устроили беспорядки во время богослужения в храме Св. Софии, их поддержали жители Константинополя. В «Пасхальной хронике» упоминается, что причиной недовольства было очередное урезание продовольственных пайков и рост цен на городских рынках.
В VI-VII вв. схоларии и экскувиты являлись не только императорской «гвардией». Жители Константинополя воспринимали их как «городское войско». В немногочисленных сохранившихся источниках, рассказывающих о повседневной жизни византийской столицы, часто упоминаются схоларии и экскувиты. В качестве примера можно привести анонимное агиографическое сочинение «Чудеса св. Ферапонта», повествующее о событиях второй половины
VII    в.
Большая часть текста посвящена перенесению мощей святого с Кипра в Константинополь после начала арабских нападений на остров. В столице священные реликвии были помещены в церкви Богоматери, где стали происходить многочисленные чудеса. Анонимный автор писал, что многие жители Константинополя избавились от различных недугов, проведя несколько дней у саркофага с мощами св. Ферапонта. Среди прибегнувших к помощи святого были и военные: Георгий, «свернувший шею и ослепший на один глаз. десятник солдат из охранной тагмы», полностью излечился, как и парализованный экскувит Феодор.
О том, что солдаты и командиры императорской «гвардии» были неразрывно связаны с Константинополем, свидетельствует участие scholae palatinae в противостоянии партий ипподрома. Известно, что соперничество между димами продолжалось несколько веков, периодически перерастая в кровавые столкновения. В этих стычках схоларии традиционно поддерживали партию венетов («зеленые»), а экскувиты - партию прасинов («голубые»). В некоторых исследованиях XIX в. даже утверждалось, что значительное число солдат «элитных» отрядов набирались из circus factions, а сами «димы... имели военную организацию и назначались для гарнизонной службы при стенах».
Данных об участии отрядов дворцовой стражи в военных действиях в первой четверти VII в. сохранилось немного. Предположения о том, что схоларии и экскувиты составляли основные силы, оборонявшие Константинополь, не подтверждаются источниками. В «Хронографии» Феофана сообщается об успешных действиях скривонов (scribones) против аваров на Дунае в 601/602 г. Экскувиты, напротив, в 611-612 гг. крайне неудачно воевали с персами в Каппадокии.
С начала VII в. численность отрядов дворцовой стражи стала сокращаться из-за недостатка финансовых средств. Известно, что в первые годы правления Ираклия были уменьшены отряды императорских телохранителей (scribones и candidati), а в подразделениях excubitores и scholae насчитывалось по 300-400 воинов. Прекращение денежных выплат уменьшило привлекательность службы в дворцовой страже. Как следствие, многие уволенные со службы схоларии покинули Константинополь, переселились в провинциальные города или возвратились на родину. Например, в тексте Жития прп. Феодора Сикеота сохранились весьма колоритные образы схолариев Мартина и Феодора. Первый из них, «большой сквернослов», после ухода со службы стал кожевником в Никомедии
Другого схолария, «объятого бесом» Феодора, к Феодору Сикеоту привели родственники. Игумен, которому «святой Георгий поспел на помощь», сумел исцелить больного. В Житии также говорится, что схоларий Феодор занимал высокое общественное положение, являясь «отцом города» Катавола. Данный пример подтверждает, что в начале VII в. еще сохранялась старая традиция, согласно которой некоторые солдаты и командиры, покинувшие императорскую службу, занимали различные должности в структурах местного управления.
Положение scholae palatinae коренным образом изменилось во время военно-политического кризиса второй половины VII в. Данной проблеме посвящено фундаментальное исследование Дж. Хэлдона «Византийские преторианцы», которое охватывает период с VI до начала X столетия. Автор рассматривает широкий круг вопросов, связанных с возникновением, комплектованием, организационной структурой, материальным и финансовым обеспечением различных «элитных» подразделений императорской армии. Английский исследователь констатирует, что к концу VI - началу VII в. подразделения дворцовой стражи (scholae, excubitores, protectores, domestici) не являлись боевыми частями. Отряды императорских телохранителей (candidati, scribones, spatharii) были малочисленны, военного значения они также не имели.
Отряд candidati упоминается в источниках с IV в. Из лучших воинов exercitibus presentialis отбиралось 40 человек, становившихся личными телохранителями императора. Облаченные в белые одежды, они сопровождали василевса во время торжественных выходов из дворца. В случае нападения кандидаты должны были пожертвовать жизнью, окружив императора «плотной непроницаемой стеной». Известно также, что в ранневизантийскую эпоху кандидаты играли важную роль в придворном церемониале.
Другой отряд императорских телохранителей назывался scribones. Разделенные на группы, скривоны должны были охранять покои василевса в ночное время («стражи сна»). Помимо основной службы, они выполняли различные императорские поручения: вели переговоры с варварскими правителями, перевозили в отдаленные провинции крупные денежные суммы, занимались вербовкой новобранцев, снаряжением военного флота.   Церемониальные функции скривонов были связаны в основном с торжественными приемами в императорском дворце и с триумфами. Из источников IV-VI вв. и «Книги церемоний» известно, что хранителями парадного императорского оружия являлись скривоны и спафарии.
В IX-X вв. различия между «элитными» отрядами телохранителей были забыты. Например, Феофан в «Хронографии» в большинстве случаев называл императорских «оруженосцев» спафариями. Авторы исторических хроник не видели различий между спафариями, кандидатами, скривонами или страторами. Как отряды императорских телохранителей эти подразделения уже не существовали. Scribones го второй половины VII в. служили младшими командирами экскувитов. Страторы упоминаются среди подчиненных комита Опсикия и стратигов других фем. Военные должности кандидата и спафария со временем трансформировались в придворные титулы.
Для среднего и младшего командного состава вооруженных сил, а также постепенно формирующейся фемной гражданской администрации ситуация была принципиально иной. Слишком сложная и громоздкая, старая система титулатуры оказалась непригодной для сформировавшихся к началу VIII в. военно-административных структур. Прежде всего, необходимы были новые титулы, предназначенные для командного состава фемных контингентов. Данная проблема была решена путем постепенной трансформации некоторых должностей командного состава scholae palatinae сначала в почетные должности, а потом в придворные титулы.
Следует констатировать, что новая система титулов и должностей формировалась на протяжении столетия: с середины VII до середины VIII в. Сфрагистические источники позволяют с уверенностью утверждать, что значительная доля придворных титулов средневизантийского времени происходит от должностей младших командиров отрядов императорской стражи. В частности, речь идет о титулах кандидат, стратор и спафарий. В более позднее время, но в пределах VIII столетия, на их основе появились более высокие титулы спафарокандидат и протоспафарий.{jcomments on}