Гвардейская кавалерия НаполеонаНа марше гвардейская кавалерия двигалась с постоянной скоростью 6 км/ч, с десятиминутными остановками каждый час. Проходя по труднопроходимой или каменистой местности кавалеристы спешивались и вели своих лошадей на поводу. Гвардейская кавалерия выполняла две главных миссии: во-первых, она служила личной охраной Императора, а во-вторых, составляла мощный ударный резерв в его же личном распоряжении. Кроме того, легкоконные полки несли аванпостную и разведывательную службу.


Выполнение первой из этих миссий было в деталях описано в многочисленных декретах, беспрестанно издававшихся на протяжении всего существования Империи. Четыре генерал-полковника Гвардии поочередно принимали друг у друга обязанность быть еженедельно в распоряжении Императора. Во дворце они занимали комнаты рядом с его покоями, а в походе спали в его палатке. (Когда четыре маршала стали командирами корпусов, эта роль перешла к младшим по званию). Все время пребывания в Париже или в походе каждый из гвардейских полков выделял дежурный эскадрон для постоянного пребывания в районе главной квартиры Наполеона. Во время нахождения Гвардии в Париже дежурные эскадроны менялись каждые три месяца. При смене дежурных эскадронов один из них обязывался находиться непосредственно при Императоре.
Если Наполеон покидал свою главную квартиру верхом, четыре дежурных эскадрона следовали за ним на почтительном расстоянии, обычно 1000 м. Однако иногда Император выезжал без всякого предупреждения, и егерям эскорта приходилось скакать за ним во весь опор, как это случилось в период отступления из Москвы, под Малоярославцем.
Однако обычно гвардейскую кавалерию изображают в ее втором качестве - офицеров ведущими своих солдат в атаку, трубачей трубящими, и знамена реющими на ветру. Руссело также сделал несколько таких работ, хотя по масштабу они скромнее полотен Детайля и Мейсонье, поскольку он больше фокусировался на изображении униформы, носимой этими людьми.
Если позволяли обстоятельства и местность, атака проводилась в прямой компактной линии в соответствии со строгими принципами. На расстоянии 200-300 м от противника две роты одного из эскадронов строились в два ряда, каждый по 40-48 человек. Остатки роты помещались сзади в качестве резерва. По команде ”Эскадрон шагам марш" оба ряда начинали движение шагом.
На полпути к противнику следовала команда "рысью" и кавалеристы выхватывали сабли и переходили на рысь. Почти немедленно следовала команда "галопом.1". За 60 м до противника следовала команда ”в атаку' и трубачи немедленно ее дублировали. Кавалеристы привставали в стременах и переходили на полный галоп. Каждый из бойцов первой шеренги держал теперь саблю пред собой острием чуть ниже линии руки на уровне глаз и с режущей частью клинка направо. В то же время солдаты второй шеренги поднимали сабли над головой острием назад и чуть выше уровня кисти.
Эта тактика позволяла избегать падения лошадей в начале схватки и поддерживать прямую линию шеренг. После первого столкновения всадники первой шеренги разъезжались, уступая место второй.
Весь полк атаковал в единой линии из эскадронов, командир каждого из которых находился во главе своего подразделения, а командир полка во главе того эскадрона, где, как он считал, его присутствие принесет наибольшую пользу. Второй полковник находился рядом с ним, если командир не отправлял его вести в атаку какой-нибудь другой эскадрон.

 

Роль трубачей в атаке гвардейской кавалерии


Когда трубили атаку, офицеры, скачущие впереди, замедляли шаг своих коней, чтобы оказаться в шеренге, а всадники, скачущие непосредственно за ними, подавались назад и уступали им место.
Трубачи оставались слегка позади второй шеренги во главе со старшим трубачом, но бывало, что полковник приказывал им находиться рядом с собой. Трубач мог хорошо протрубить сигнал, только если его лошадь стояла или шла шагом. На рыси и тем более на галопе его задача была куда сложнее. В этом случае трубач привставал на стременах и наклонялся вперед, чуть опуская трубу, справа от шеи лошади и прислоняя к ней свой инструмент. Это в известной степени предохраняло его от внезапного удара, который в противном случае мог серьезно ранить его губы.
Опытные кавалерийские командиры расходились во мнениях по поводу того, когда кавалеристам лучше выхватывать сабли. Если они приказывали своим солдатам долгое время оставаться с обнаженными саблями на плече, это утомляло их руки, особенно запястья. Напротив, было решено, что если команда выхватить сабли дается при переходе на рысь, то это поднимает боевой дух и устрашает противника.
Сам момент выхватывания клинка давал дополнительное преимущество: оно заставляло кавалериста слегка сжимать бока лошади своими ногами, придавая ей дополнительный импульс во время атаки.
Атака могла проводиться как в единой линии, составленной из эскадронов, так и последовательными эскадронными линиями. Если линия неприятеля была прорвана, немедленно звучал сигнал сбора у знамени. В тот же момент подразделения эскадронов получали приказ преследовать врага, чтобы не дать ему перегруппироваться.

Подвиги гвардейских кавалеристов


Когда в мае 1804 г. была создана Императорская Гвардия, в распоряжении Наполеона было всего два конных полка, стяжавших себе славу под его началом, но носившими менее звучные имена. Однако вскоре конные гренадеры и конные егеря были призваны продемонстрировать, что и с новыми названиями они остаются в руках Императора таким же грозным оружием, каким они были в руках Первого консула.
После капитуляции Мака под Ульмом, Наполеон приказал Мюрату с драгунами Вальтера и кирасирами д’Опуля преследовать отступавших австрийцев. 20 ноября под Ольмюцем Мюрат наткнулся на 6000 русских кавалеристов, которые отбросили легкокавалерийскую бригаду Лассаля и драгун Вальтера. Мюрат контратаковал с дивизией д’Опуля, чтобы восстановить положение. Наполеон послал ему на помощь конных егерей и конных гренадер Бессьера. Тот построил гвардейские эскадроны в две линии, впереди два эскадрона гренадер, а позади два эскадрона егерей. Вторая линия должна была атаковать в том случае, если атака первой захлебнется.
Атака гвардейских эскадронов при поддержке кирасир сделала свое дело, отбросив кавалерию русских, которые оставили в руках французов свою легкую артиллерию. Вторая шеренга так и не была введена в дело.
Замечательным примером лихости и отваги, проявленных младшими офицерами Гвардии, стали действия лейтенанта Демишле полка конных егерей на следующий день. Его полк, все еще входя в состав сил Мюрата, настиг хвост бегущей австрийской армии. Демишле, шедший во главе авангарда с взводом из 30 егерей, немедленно атаковал 300 легких пехотинцев, составлявших часть австрийского арьергарда. Когда они сдались, Демишле продолжил преследование, захватив еще 400 солдат и два знамени.
В этот момент полковник Ла Тур, командир лучшего из австрийских полков тяжелой кавалерии, повел 500 своих солдат на помощь соотечественникам. У Демишле оставалось лишь две дюжины людей, но, заметив, что драгуны медленно разворачиваются в боевой порядок, он атаковал головной взвод и отбросил его на стоявших позади солдат. Подоспевшие егеря и карабинеры довершили разгром и бегство австрийцев. В плен были взяты 150 драгун, включая полковника. Когда неделей позже егеря присоединились к Наполеону в его штаб-квартире, он сделал Демишле капитаном Почетного Легиона.
Битва при Аустерлице 2 декабря 1805 г. стала первым крупным сражением, в котором приняли участие полки гвардейской кавалерии. Под Эйлау 8 февраля 1808 г. егеря и гренадеры снова внесли свою лепту в эту дорогостоящую победу.

Гвардия после Аустерлица

В 1808 г. полки были разделены. Новый полк польских шеволежеров и по одному эскадрону от егерей и гренадер, вместе с взводом мамелюков отправились во главе с генералом Лепиком в Испанию, где они вошли в состав кавалерии Мюрата. Там в мае, в охваченном восстанием
Мадриде, егеря и мамелюки с трудом пробились сквозь толпу повстанцев, а под Сомо-Сьеррой поляки стяжали себе неувядаемую славу, полученную очень высокой ценой.
Накануне Австрийской кампании 1809 г. большая часть Гвардии, находившаяся в Испании, в апреле вернулась с Наполеоном во Францию. Польские шеволежеры под общим командованием Красинского были сведены в бригаду двухполкового состава. Одним из них командовал Делетр, а другим Датанкур. Последний считался также заместителем командира бригады.
При Ваграме Пьер Домениль, один из эскадронных командиров, потерял ногу - это была его 23 рана. По выздоровлении Наполеон назначил его комендантом Венсенского Замка в Париже. Когда в 1814 г. союзники потребовали от него сдать крепость, он ответил: “Когда вы вернете мне потерянную ногу, которую вы у меня забрали, я сдам вам крепость. До тех пор советую держаться подальше, ибо мои пушки заряжены". История умалчивает о том, как завершились эти события.
В январе 1810 г. эскадроны польских шеволежеров, получивших к своему названию приставку “уланы”, были разделены. Два эскадрона остались в Париже, периодически привлекаясь к дежурствам, улучшая свой французский и наслаждаясь другими удовольствиями гарнизонной службы в столице, а два других вернулись в Испанию. Вместе с ними выступили два эскадрона драгун, а за ними один за другим два эскадрона конных егерей. Обратно во Францию они вернулись лишь в марте 1812г.
Контрпартизанские операции, проводимые польскими эскадронами в Испании, ввергли их в пучину ’’Ужасов войны” Гойи. Безжалостная война там имела мало отношения к идее освобождения Польши, которая вдохновила их на вступление в армию Наполеона, и, возможно, они чувствовали, что занимаются не тем, чем собирались. Поэтому 315 польских улан почувствовали огромное облегчение, когда они смогли присоединиться к своим товарищам в Париже. Некоторые из них стали обучать использованию пики недавно созданный 2-й полк

 

Гвардейская кавалерия в русском походе


Весной 1812 г. Гвардия вместе с остальной армией приготовилась к тому, что Наполеон в своей прокламации от 22 июня назвал Второй Польской кампанией. В марте генерал Лефевр-Денуэтт, взятый англичанами в плен у Бенавенты в 1808 г. и затем отправившийся во Францию, в нарушение данного им слова в начале 1812 г. возобновил свое командование егерями. Полк начал кампанию как часть Старой гвардии, в составе пяти эскадронов плюс мамелюки. Ему не довелось участвовать в сражениях у Смоленска и Бородино, хотя егеря всегда служили личным конвоем Императора. Кампания обошлась им в 500 человек.
Тогда же, в начале весны, драгуны во главе с Бонарди де Сент-Сюльписом отправились в Россию. 10 августа к ним присоединился отряд из Испании. Из 64 офицеров и 1022 нижних чинов, принявших участие в кампании, назад вернулась лишь половина.
Благодаря своему знанию русских и местности, поляки участвовали в выполнении многих заданий кампании и их потери были не менее значительны.

 

Гвардейская кавалерия в 1813 году


К рождеству 1812 года Гвардия была в Кенигсберге, а в середине января 1813 г. остатки конной Гвардии прибыли в депо, основанное Бессьером в районе Познани. Там собрались 125 польских улан, 260 егерей, 120 драгун и 127 гренадер. В ходе восстановления армии, начавшегося в январе согласно декрету Наполеона, полки гвардейской кавалерии разворачивались в бригады в составе полков Старой и Молодой гвардии. Так, бригада егерей должна была состоять из 10 эскадронов по 250 человек каждый. Первые 5 эскадронов и мамелюки, считавшиеся 10-м, были определены в Старую гвардию и известны как “Первые егеря”. 6-9 эскадроны относились к Молодой гвардии и назывались “Вторыми егерями”. Общим командиром егерей был Лефевр-Денуэтт, а его заместителем дивизионный генерал Гуйо. Командующими-полковниками были Леон в Старой гвардии и Мезьё в Молодой.
Шевалье Кирман командовал 10-м эскадроном (мамелюками), которых довели до 2-х рот общей численностью 250 человек. Первая рота была сформирована из личного состава первоначального эскадрона, к которому добавили кавалеристов из линейных частей. Их называли точно также “Первыми мамелюками” и выдавали обычное жалованье мамелюков. Вторую роту сформировали из тех, кто был предложен егерям различными департаментами Империи. Их называли “Вторые мамелюки” и платили жалованье линейной кавалерии. Эскадроны Старой гвардии на одну треть состояли из тех, кто уцелел в Русской кампании, и на две третьих из тех, кто вернулся из Испании. Почти все военнослужащие первого полка были награждены звездой Почетного Легиона, а многие получили Орден Железной Короны.
Новый призыв позволил довести пять драгунских эскадронов до их полного состава и даже сформировать 6-й, названный 2-м полком или “2-м Драгунским”. Его солдаты назывались “Вторыми кавалерами Молодой гвардии”. Дивизионный генерал граф Орнано занял место генерала Сент-Сюльписа на посту командира полка, бригадный генерал Леторт стал майор- полковником (старшим полковником), а подполковник Тесто-Ферри стал командиром 6-го эскадрона.
Гренадеры эскадронов Старой гвардии получили пополнение и, кроме того, к ней был присоединен 6-й эскадрон Молодой гвардии. Их командиром был дивизионный генерал граф Вальтер, а майорами дивизионный генерал барон Лаферер-Левек и генерал барон Кастекс.
Датанкур восстановил организацию поляков, к тому моменту называвшихся 1-м Шеволежерским- уланским, доведя их численность до 1500 человек. В их число входили те, кто уцелел в России, 500 человек из дивизии Домбровского и еще несколько кавалеристов в основном из 3-го гвардейского уланского (“литовские уланы”). Под своим командованием он сохранил роты Старой гвардии, предназначавшиеся исключительно для охраны Императора, а остальные 9 рот во главе с генералом графом Красинским присоединились к частям Лефевр-Денуэтта.
К началу апреля гвардейская кавалерия во главе с маршалом Бессьером выступила на Готу. Она была сведена в легкокавалерийскую дивизию под командованием Лефевр-Денуэтта и дивизию тяжелой кавалерии под командованием Орнано. Первое крупное сражение этой кампании произошло 2 мая под Лютценом. Хотя французы и одержали победу, она оказалась не решающей, а прелюдия к битве стоила Наполеону жизни одного из его лучших солдат. Под Риппахом, проводя рекогносцировку у неприятельских линий, за день до битвы маршал Бессьер был сражен рикошетом ядра. Три недели спустя, под Бауценом Наполеон потеряет еще одного старого и дорого друга, когда гранд-маршал Дюрок будет смертельно ранен другим русским ядром. Этот случай заставил Наполеона повторить отданный ранее приказ о рассредоточении его свиты по полю боя.
На финальной стадии битвы оба полка гвардейских улан Лефевр-Денуэтта, егеря и мамелюки приняли участие в вытеснении русских с поля боя. Перемирие, заключенное 4 июня, резко оборвало кампанию.
В августе 1813 года 8-тысячная гвардейская кавалерия, поступившая под начало Нансути, имела следующую организацию:

  • 1-я дивизия - командир граф Орнано: Бергские уланы, 2-й полк шеволежеров-улан Эдварда Кольбера и драгуны Молодой гвардии Питневилля
  • 2-я дивизия - командир Лефевр-Денуэтт: эскадроны Молодой гвардии Польских шеволежеров- улан Красинского, егеря и конные гренадеры Кастекса
  • 3-я дивизия - командир Вальтер: эскадроны егерей Старой гвардии Леона, драгуны Леторта и конные гренадеры Лаферер-Левека.

Перемирие было нарушено в середине августа, и Лейпцигская кампания возобновилась другой бесполезной победой, одержанной под Дрезденом 26-27 августа. Бесполезной она оказалась потому, что тяжелые потери, которые понесли его заместители на разных полях боя, разрушили стратегические планы Наполеона. В ходе битвы
2 эскадрона польских улан проявили себя, перерезав дорогу прусским гусарам и захватив в плен их командира полковника Блюхера, родственника того самого фельдмаршала Блюхера. За это командир эскадрона Янковский получил звезду Легиона.
На третий день Битвы Народов под Лейпцигом 18 октября Наполеон дал командиру драгун Леторту
4 эскадрона, каждый из 250 егерей, драгун, гренадер и улан 2-го полка и приказал им рассеять отборный австрийский драгунский полк Ла Тура. Леторт и его люди выполнили этот приказ, захватив 200 австрийских кавалеристов. Среди потерь гвардейцев был помощник старшего адъютанта Гуинди, полка конных гренадер, который когда-то убил прусского принца Луи под Заалфельдом.
Но самой тяжелой потерей стал князь Понятовский, которого за день до того, как он утонул, пытаясь переправиться через Эльстер (мост у Линденау был взорван), произвели в маршалы. Это был тяжелый удар для польских улан, надежды которых на свободу их родины были персонифицированы в князе. Они попросили Красинского устроить им встречу с Наполеоном, что он сделал крайне неохотно. Наполеон призвал их преодолеть свое отчаянье, и они продолжили сражаться за него и за свою вторую родину.
30 октября Великая армия, отступавшая из-под Лейпцига, наткнулась на 43 тысячи баварцев, австрийцев Вреде, перегородивших им дорогу под Ганау и отразивших первоначальные попытки французов расчистить себе дорогу домой. Однако вскоре прибыл Наполеон вместе с гвардейской артиллерией, кавалерией и пехотой, и атаки возобновились. Отряд польских улан во главе с Ежмановским атаковал баварцев. Почти сразу же к нему присоединился весь полк и другие гвардейские эскадроны, поддержанные артиллерийским огнем. Союзники были обращены в бегство. Нансути был так доволен действиями польских улан против баварской кавалерии, что сказал полковнику Датанкуру, что тот может считать себя бригадным генералом. Официально это назначение было утверждено месяцем позже.

 

Для отражения нападений казаков


Операции в Саксонии в 1813 году заставили Наполеона осознать необходимость найти средство против постоянных наскоков русских казаков на его войска. Взвесив разные варианты решения проблемы, он в декабре того же года начал переформирование гвардейской кавалерии для кампании 1814 года и в то же время сформировал 3 полка разведчиков четырех-эскадронного состава по 250 человек. Первый полк разведчиков-гренадер придавался конным гренадерам, 2-й полк разведчиков- драгун взаимодействовал с Императорскими драгунами, 3-й полкразведчиков-улан был связан с 1-м Польским полком шеволежеров-улан.
К тому времени 1-й уланский, как теперь называли польских улан в официальных документах, был разбит на 2 полка. 1-й состоял из рот Старой гвардии (1-я-7-я), 2-й - Средней гвардии (7-я-12-я), а 13-я и 14-я роты относились к Молодой гвардии.

 

 

Кавалерия Гвардии в кампании 1814 года


10 января 1814 года генерал граф Нансути снова принял командование гвардейской кавалерией. К 26 января она была организована в первую дивизию (легкая кавалерия) во главе с генералом Лефевр-Денуэттом. Вторую дивизию (легкая кавалерия) во главе с генералом Эдуаром Кольбером и третью дивизию (тяжелая кавалерия) во главе с генералом 1уйо.
5 марта под Берри-о-Баком Наполеон приказал Нансути захватить важный мост через Айсн. Гвардейская кавалерия и 2 линейных уланских польских полка во главе с генералом Паком, которые только что присоединились к Гвардии, атаковали казаков, защищавших мост, обратили их в бегство и захватили множество пленных. Среди них был и князь Гагарин, громко кричавший, кто он. Сражение при Краонне 6-7 марта оказалось дорогой и бесполезной победой для быстро таявших французских сил. Снова гвардейская кавалерия сыграла ключевую роль в тяжело доставшемся успехе. Бригадой командовал генерал Леферер-Левек, пока снаряд не оторвал ему ногу. Тогда командование принял полковник Тесто- Ферри, возглавлявший разведчиков-гренадер. Он повел в атаку гвардейские эскадроны прямо на русские пушки, захватил и удержал Краоннские высоты. Прямо на поле боя Наполеон наградил нескольких разведчиков и удостоил Тесто-Ферри титулом барона Империи.
После того как следующая битва у Лаона не
принесла решительной победы, Наполеон отступил к Суассону. Почти все его генералы были ранены. В их числе оказался и Нансути, сдавший командование на следующий день после битвы при Краонне. Его место занял генерал Себастиани. Кольбер по- прежнему командовал 1-й дивизией, Экзельманс занял место 1уйо во главе 2-ой, а Леторт получил временное командование 3-й, заменив раненого Лаферер-Левека.
И снова организация гвардейской кавалерии была изменена:

  • в 1-ю дивизию генерала Кольбера входили 1-й и 2-й уланские линейные полки генерала Пака, 2-й полк шеволежеров-улан и 6 польских пушек;
  • 2-я дивизия генерала Экзельманса включала 1-й полк шеволежеров-улан, 3-й полк разведчиков-улан, Императорских драгун и 2-й полк разведчиков-драгун;
  • в 3-ю дивизию генерала Леторта входили конные егеря, конные гренадеры и 1-й полк разведчиков-гренадер.

12 числа русские и прусские части сводного корпуса под командованием французского эмигранта генерала Сен-При были выбиты из Реймса внезапной атакой полка разведчиков, сам Сен-При погиб. Когда 17 числа Наполеон оставил Реймс, его кавалерия сократилась до 3 тысяч сабель, а вся армия насчитывала не более 23 тысяч бойцов. Краонн и Лаон стоили ему 12 тысяч солдат.
Затем последовала почти непрерывная череда ежедневных стычек, достигших кульминации в крупном сражении у Арси-сюр-Оба, произошедшего 20 марта, в котором 20 тысяч французов встретились со всей союзной Богемской армией. Получив приказ Себастиани идти вперед дивизии Экзельманса и Кольбера столкнулись с массами австрийской, русской и баварской кавалерий и были отброшены. Настал момент, когда Наполеон был вынужден спрятаться внутри каре Вислинского легиона, пока подошедшая пехота Старой и Молодой гвардии не стабилизировала ситуацию.
Гвардейская кавалерия, сократившаяся к тому моменту до 1600 человек, получила временное подкрепление в количестве 1500 кавалеристов, прибывших из Версаля с генералом Лефевр- Денуэттом, который принял командование дивизией. В бою у Сент-Дезие, произошедшем 26 марта, Наполеон лично со шпагой в руке возглавил атаку Гвардии на кавалерию Винценгероде. В этой атаке снова отличились разведчики.
Но в это время армия Шварценберга приближалась к Парижу, и уже 30 марта он бросил 145 тысяч своих солдат на штурм города.
28 числа генерал Орнано, командовавший частями гвардейской кавалерии в полковых депо, собрал 10 небольших эскадронов гренадер, драгун, шеволежеров, егерей, мамелюков и разведчиков - в целом около 800 человек, и отдал их под начало генерала Датанкура.
29-го марта отряд из 3-го полка разведчиков дал свой последний бой у Клайе. 2-й отряд того же полка был отправлен с Императрицей, покидавшей Париж, в качестве эскорта.
После перестрелки с казаками у Ле Бурже и бесполезной попытки образовать оборонительную позицию на высотах Монмартра Датанткур и его люди узнали, что город сдан врагу. На рассвете 31 -го числа отряд разведчиков был отправлен к Кози-ле- Рой, чтобы взорвать мост. Это было последнее
боевое задание 3-го полка разведчиков Императорской гвардии. Датанкур отвел остатки своей бригады в Фонтенбло.
Освобожденные Наполеоном от своей присяги на верность поляки гвардейского полка объединились с другими польскими частями, собравшимися у Сен-Дени под началом генерала Красинского. В начале июня они уже возвращались в Польшу, где генерал Красинский отдаст их в распоряжение Императора Александра. В своих исторических заметках генерал Датанкур часто замечал, что в кампании 1814 года польские шеволежеры-уланы и 3-й полк разведчиков часто действовали как одна часть.
Вернувшись в Париж с Эльбы 20 марта 1815 года (накануне ночью король вместе со всем двором поспешно покинул столицу) Наполеон объявил, что ”функции и привилегии Императорской Гвардии отныне восстановлены". С этого момента последовали отчаянные попытки найти то, что осталось от полков, превращенных в Королевскую Гвардию и восстановить их как Императорские полки. Вскоре в Париже были собраны вместе гренадеры, егеря, драгуны и 2-полк шеволежеров- улан. 8 апреля Наполеон определил организацию восстановленной гвардейской кавалерии. Она
состояла из 4 кавалерийских полков по 4 эскадрона под началом Гуйо, Орнано, Лефевр-Денуэтта и Кольбера.
После окончательного разгрома при Ватерлоо и ссылки Наполеона на остров Св. Елены, 3 августа король объявил о роспуске Гвардии и начался процесс разоружения полков. Так закончила свое существование Императорская Гвардия.
Попытки племянника Наполеона, предпринятые 39 лет спустя, приблизиться к славе, завоеванной Гвардией его дяди, напоминали оперетку. Не имея ни одного егерского полка Наполеон III ввел в Гвардии полк Guides. Версия конных гренадер во Второй Империи была представлена полком карабинеров. Кирасиры, бывшие при Наполеоне I линейными частями, также составили два полка новой Гвардии. Были использованы Cent Gardes с их ятаганными штыками. Но никто, и меньше всех Бисмарк, не был обманут.

 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить